(+375 17) 308 23 45
г.Минск, ул.Каховская, 37А, пом. 69, каб. 109

 

Еще во время строительства этот дом на Логойском тракте стал проблемным. Обанкротившийся генеральный подрядчик, затяжные суды дольщиков с застройщиком — районным УКСом, нарушившим все разумные сроки возведения здания, изрядно истрепали нервы его будущих жильцов. Впрочем, со сдачей объекта в эксплуатацию неприятности у них не закончились. 20-этажную высотку, расположенную в, казалось бы, хорошем районе, стали одолевать типичные проблемы социальных «панелек»: подъезд дома облюбовали вандалы, воришки, наркоманы, любители выпить и даже эксгибиционист. Возможно, так продолжалось бы и дальше, если бы среди жильцов не нашелся энергичный и инициативный человек, ставший председателем местного ЖСПК. Изменить жизнь одного дома и целого квартала вокруг помогла установка видеонаблюдения. Onliner.by узнал рецепт успеха.

Еще в 2007 году Управление капитального строительства администрации Советского района Минска разработало программу сноса целого ряда двух- и трехэтажных домов, построенных на территории района вскоре после окончания Великой Отечественной войны. Жилье считалось ветхим, а цель УКСа — благой: предполагалось, что устаревшие здания стиля «строили пленные немцы» заменят современные многоэтажные башни, квартиры в которых получат нуждающиеся в улучшении жилищных условий. Первенцами программы должны были стать две высотки на Логойском тракте. Однако с самого начала строительство «близнецов» пошло не так, как хотелось бы и заказчику, и их будущим жильцам.

Сооружение первого многоэтажного дома началось в том же 2007-м и вместо 19 месяцев растянулось на долгих четыре года. За это время успел обанкротиться один из генподрядчиков — печально известная компания «Облик», а районный УКС попытался переложить груз собственных ошибок на плечи тех самых «очередников», которых он должен был, по первоначальной задумке, облагодетельствовать современными квартирами. Несмотря на стопроцентное выполнение будущими жильцами своих финансовых обязательств перед УКСом, тот все равно потребовал миллиардной доплаты.

К чести членов местного ЖСПК, они не поддались на шантаж застройщика. Пройдя через затяжные суды, включая и Верховный, они заставили УКС все-таки выполнить свои обязательства и достроить дом собственными силами. В мае 2011 года дольщики наконец получили ключи от своих новых квартир. Однако проблемы с многострадальной 20-этажкой и не думали заканчиваться.

Наш долгострой был в ужасном состоянии и с самого начала нуждался в косметическом ремонте, — говорит Владимир Устинович, председатель местного ЖСПК-820. — Строители оставили много недоделок, брака. Во дворе не было даже детской площадки. К тому же к нам стало проникать много подростков. Здесь же высотка, одна из первых в районе, и молодежь, как это ей свойственно, хотела посмотреть окрестности со всеми вытекающими дополнительными «развлечениями».

Вскоре после заселения жильцов в высотке изуродовали лифт, разбили стекла, расписали стены, на техническом этаже систематически распивались спиртные напитки. Новенькое здание всего через год после сдачи в эксплуатацию стало выглядеть как повидавший многое «ветеран» в рабочем жилом районе.

В 2014-м на общем собрании членов ЖСПК было решено поменять его председателя.

Я сам здесь живу, — рассказывает Владимир Устинович. — И мне, как жильцу, естественно, хочется, чтобы мой дом считался одним из лучших в районе, во всем городе, чтобы квартиры в нем только дорожали. Это абсолютно закономерное желание. Поэтому когда мне предложили занять эту должность, я решил, что попробую.

Одной из первых инициатив нового председателя стала установка внутри и снаружи высотки видеокамер. К этому времени ЖСПК наконец-то выиграл свои суды с УКСом, организация компенсировала кооперативу судебные издержки, и на его счетах скопилась достаточная для осуществления мероприятия сумма. Собрание жильцов одобрило предложение главного по дому, хотя согласны с ним были не все. Кто-то предпочитал, чтобы накопленные средства просто раздали, кто-то высказывал сомнение в принципиальной целесообразности установки видеокамер.

Мне говорили: «А зачем эти камеры? А вдруг они снимут, как я с любовницей иду? Давайте лучше эти накопленные 40 млн раздадим», — улыбается Владимир Устинович. — Ну получили бы люди по 200—300 тыс. — и что бы было? Я лучше скажу, чего точно не было бы. Не было бы этой системы, и продолжали бы в нашем подъезде пить, нюхать клей, справлять нужду и расписывать стены. А потом утром соседи жаловались бы на грязь и антисанитарию.

Всего на фасадах и внутри 20-этажки установили 12 камер. Только такого количества оказалось достаточно для обеспечения безопасности дома и его жильцов. Камеры на стенах направлены на придомовые парковки, отдельное наблюдение ведется за дверями подъездов, фойе и лифтами.

Поставить камеры в лифт было моей идеей, — признается председатель. — Сначала я поставил «обманки», но, конечно, многие понимали, что это муляжи, ведь в двигающемся лифте установить работоспособное устройство технически сложно. Но я дошел до конца. Разработали совместно с «Беллифтом» проект, полностью проложили коммуникации по шахтам. Это был сложный и трудоемкий процесс, но камеры все-таки заработали. С лифтов я всегда снимаю больше всего информации, ведь человек там находится в статике.

Пригодились лифтовые камеры совсем недавно. В самом конце марта в минских криминальных сводках появилось сообщение про 37-летнего эксгибициониста, снявшего в лифте перед женщиной штаны.

Это был наш дом, — рассказывает Владимир Устинович. — Мужчина от остановки преследовал девушку, которая живет в нашем доме. Зашел за ней в подъезд, в лифт, после чего совершил эти свои хулиганские действия. Девушка проявила мужество, достала газовый баллончик, пригрозила ему. Когда лифт остановился на седьмом этаже, этот человек вышел прямо без штанов, а девушка, слава богу, поехала дальше, до своего этажа.

В течение нескольких часов после того, как в милиции появились фотографии с домовых камер, составили ориентировки, и этот мужчина был задержан. Председателя ЖСПК-820 вместе с пострадавшей пригласили на опознание, на котором злоумышленник прямо заявил, что не тронул свою жертву, потому что увидел камеру.



Это лишь одно из происшествий, при которых установленная в доме система видеофиксации показала (и доказала) свою пользу. У Владимира Устиновича за два года таких историй накопились десятки — от столь же серьезных до забавных.

Не надо думать, что наш дом — это какой-то особенный магнит для асоциальных элементов, — говорит он. — Люди просто не представляют, что на самом деле творится в их подъездах. Например, однажды мы начали замечать, что на одной из лестничных площадок стали появляться тюбики из-под клея. У нас завелся токсикоман. Он практиковал не только в нашем доме, но и в соседних, однако его личность смогли установить только благодаря нашим камерам. Это оказался молодой человек, сирота, он много лет нюхал клей. Естественно, я опасаюсь, что он под кайфом мог натворить всякого и с ребенком, и даже со взрослым. Это непредсказуемо, опасно. Его моментально задержали, мы добились возбуждения уголовного дела, довели до суда.

Была в недолгой истории 20-этажки на Логойском тракте и попытка суицида. Молодая женщина, мать двоих детей, вышла на балкон технического этажа и перелезла через парапет. Попытка самоубийства, к счастью, оказалась неудачной: женщину успел перехватить прибывший милиционер, спасший ей жизнь. Однако после этого случая на всех этажах дома были установлены «электронные консьержки». В коридор с квартирами могут пройти лишь их жильцы. Универсальные «таблетки» есть лишь у председателя Устиновича и у некоторых городских служб: специалистов ЖЭСа, врачей поликлиники (участкового терапевта и педиатра), специалистов по комплексной уборке и человека, обслуживающего пожарную сигнализацию.

До установки камер и «электронной консьержки» единственный подъезд высотки представлял собой проходной двор. Частыми гостями там были вандалы, люди постоянно устраивали пьянки на общих балконах и лестничной клетке. Таких «героев» Владимиру Устиновичу не жалко:

Как правило, конечно, «отличаются» не жители дома, а «прихожане». Но приходили они к местным. Вот одна девушка у нас приводила своих друзей, а те как на подбор асоциальные элементы, состоявшие на учете. Они курили прямо в лифтах, они каждый (каждый!) брали себе по 3 литра пива, считай, бутылку водки. Естественно, они пьяные, естественно, все эти 10 человек после такого количества пива хотели справить нужду — и делали это. Каждый. Прямо в подъезде! Они оставляли после себя бутылки, окурки, причем тушили их прямо об стену. Они обязательно должны были оставить после себя надпись, что они здесь были, а в лифте они непременно доставали ключи и царапали на стенке слово из трех букв, чтобы самоутвердиться. Я считаю, что оставлять это безнаказанным нельзя. Таких людей должен знать весь район, пусть им будет стыдно.



К стыду добавляется и составленный в милиции протокол, делающий профилактику подобного рода инцидентов еще более эффективной. Кадры с камер, зафиксировавших весь процесс развития правонарушения, распечатываются и вместе с соответствующим заявлением от лица ЖСПК подается в районное отделение милиции. Как правило, личность нарушителя устанавливается достаточно оперативно, после чего следует неотвратимое наказание. Больше подобные компании в этом доме стараются так себя не вести.

Я всегда стараюсь, прежде чем обращаться в милицию, решить вопрос по-хорошему, разобраться по-соседски, — говорит Владимир Устинович. — Иногда меня сразу посылают по известному адресу, и тогда ничего не остается, кроме как взыскивать ущерб через суд. Обычно цена такого мелкого правонарушения — от 2 до 5 базовых. Для подростка это большие деньги. В каких-то случаях договориться удается. Например, после установки в нашем дворе детского комплекса, естественно, тут же пришли подростки и расписали его всякими надписями. Камера все зафиксировала. Ребята были знакомые, и я отнес заявление в милицию. Прибежала мама, крыла меня последними словами, как будто это я виноват в такой ситуации. Я предложил привести спортивный комплекс в изначальное состояние и забрать заявление. Хоть она меня и кляла, но в 6 утра пришла и все закрасила.

Видеосистема помогает контролировать и безопасность автомобилей на придомовой парковке. За два года ее работы три раза во время косьбы случайно вылетевшие камни разбивали стекла машин жильцов. После предъявления в ЖЭСе видеодоказательств происшествий ущерб автовладельцам компенсировался в добровольном порядке. Счет случаев возвращения хозяевам потерянных рядом с домом вещей: смартфонов, планшетов, ключей, фотоаппаратов — уже идет на десятки.

В 2014 году установка видеосистемы обошлась ЖСПК-820 в 42 млн рублей. На фасадах здания установлены цифровые камеры разрешением в 2 мегапикселя, внутри дома — как цифровые, так и аналоговые устройства разрешением поменьше (1—1,3 мегапикселя). В лифте из-за больших кабельных трасс длиной порядка 170 метров пока можно поставить лишь аналоговую камеру. И цифровые камеры, и аналоговые пишут на регистраторы. В случае с высоткой на Логойском тракте емкость их памяти составляет 6 терабайт: по 3 на каждый блок. Запись с аналоговых камер хранится в течение трех месяцев, с цифровых — месяц. Как правило, этого более чем достаточно для решения всех возможных конфликтных ситуаций.

Естественно, я не сижу и не смотрю все эти записи просто так, — продолжает Владимир Устинович. — Только в случае какого-то происшествия — начиная от выпачканной стены и заканчивая хулиганством. Доступ к ним имею только я. Считаю такое ограничение правильным, ведь дело касается личной жизни людей. Ее ни в коем случае нельзя никому показывать. Я не должен рассказывать, кто с кем приходит, кто с кем уходит: так нельзя.

У нас в доме много социальных квартир, в соседних кварталах — также, — говорит Владимир Устинович. — Возможно, это сказывается на количестве происшествий, которые мы выявили с помощью камер, но я хочу с их же помощью приблизить наш дом к статусу элитного. В будущем планирую сделать ремонт в фойе, привести в идеальный вид лифт. Благоустроим и околодомовую территорию. Будем оптимизировать и затраты на электроэнергию. Большинство светильников у нас уже светодиодные, я хочу заменить остальные и поставить датчики движения.

Я называю себя «социальным председателем». Я получаю за такую работу небольшую зарплату, но не зарабатываю на этой своей деятельности, как делают это профессиональные управляющие домами. Для меня это важно, потому что я сам живу здесь — в этом дворе, в этом районе. Я сторонник того, чтобы председатель ЖСПК, ТСЖ жил в доме, которым он управляет. Мне говорят: вот будут тебе звонить, постоянно беспокоить. Но ведь ты сам кровно заинтересован в том, чтобы находиться в нормальной среде, заходить в красивый подъезд. Многое уже сделано, но у нас впереди еще долгая работа, она может занять год-два-три. Мы лишь в начале пути.

Источник

Обратная связь 

Пожалуйста, введите Ваши фамилию, имя и отчество.
Введите корректный номер телефона.
Введите Ваш email адрес.
Введите текст сообщения
Неверный ввод
Неверный ввод
(+375 17) 308 23 45
#fc3424 #5835a1 #1975f2 #2fc86b #fevec9 #eef8239 #241013141416